Руссофобство Маркса и Энгельса, продолжение

[zepete]

http://lugovoy-k.narod.ru/marx/10/14.htm
Никакого формального объявления войны России не было сделано. Министерство даже не в состоянии открыто заявить о целях войны. Место назначения войск, погружаемых на корабли, точно не известно. Требуемые ассигнования слишком малы для большой войны и слишком велики для малой. Коалиционное правительство, прославившееся изобретательностью в измышлении предлогов для нарушения своих самых торжественных обещаний и оснований для отсрочки самых неотложных реформ, вдруг, в припадке чрезмерной добросовестности, чувствует себя обязанным выполнить слишком поспешно данные обещания и осложняет переживаемый страной серьезный кризис тем, что поражает ее новым биллем о реформе. Внесение этого билля, которое кажется несвоевременным самым горячим поборникам парламентской реформы, не вызвано никаким давлением извне и со всех сторон встречено с величайшим равнодушием и подозрительностью. Не ясно ли, что план состоит именно в том, чтобы отвлечь общественное внимание от внешней политики путем возбуждения вопроса, имеющего значительный внутренний интерес?
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/09/43.htm
Милостивый государь!

Газета «Morning Advertiser» от 3-го числа сего месяца опубликовала прилагаемую ниже статью «Как следует писать историю (от иностранного корреспондента)», отказавшись в то же время поместить мой ответ этому «иностранному корреспонденту». Вы обяжете меня, поместив в «People's Paper» обе статьи — как русскую статью, так и мой ответ на нее.
<…>
У людей, которые могут хотя бы на мгновение забыть, — как забыл г-н Маркс, — что Бакунин сделан не из того теста, из которого делаются полицейские шпионы, очевидно, слабо развито революционное чувство. Почему он, по крайней мере, не поступил так, как поступают обыкновенно английские газеты, и не опубликовал того письма польского эмигранта, в котором выдвигались обвинения против Бакунина? Ему не пришлось бы сожалеть о том, что его имя связывается с ложным обвинением».
<…>
В заключение позвольте мне заявить любителю избитых пословиц, что на этом я прекращаю полемику с ним и ему подобными друзьями Бакунина.
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/09/17.htm
перед всем миром снова обнаруживаются завоевательные стремления России.
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/09/20.htm
Как же случилось, что бедный «Times» поверил в «добрые намерения» России по отношению к Турции и в ее «антипатию» ко всякому расширению? Добрые намерения России по отношению к Турции! Уже Петр I помышлял возвыситься на развалинах Турции.
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/09/30.htm
Следует признать, что никогда еще Восток не осмеливался бросить в лицо Западу более издевательский документ. Недаром его автор — Нессельроде, имя которого означает одновременно и крапиву и розгу {Игра слов: «Nessel» - «крапива» (нем); «rod» - «розга» (англ)}. Поистине, это—документ, свидетельствующий о том, как деградировала Европа под розгой контрреволюции. Революционеры могут только поздравить царя с этим шедевром. Если это — отступление Европы, то оно является не просто отступлением после обычного поражения, а прохождением через furcae Caudinae.
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/09/34.htm
Желая продемонстрировать традиционную политику России вообще и, в частности, ее виды на Константинополь, политики обычно ссылаются на завещание Петра I218. Но они могли бы пойти еще дальше в глубь истории. Более восьми веков тому назад Святослав, тогда еще языческий великий князь Руси, заявил, собрав своих бояр, что «под владычество Руси должна перейти не только Болгария, но и греческая империя в Европе, а также Богемия и Венгрия». Святослав завоевал Силистрию и угрожал Константинополю в 968 г. н. э., так же как Николай в 1828 году. Вскоре после основания русской империи династия Рюриковичей перенесла свою столицу из Новгорода в Киев для того, чтобы быть ближе к Византии. В одиннадцатом веке Киев подражал во всем Константинополю, и его называли вторым Константинополем; в этом названии нашли свое выражение вековые стремления России. Религия и цивилизация России — византийского происхождения, и ее стремление подчинить себе Византийскую империю, находившуюся тогда в таком же состоянии упадка, как теперь Оттоманская империя, было гораздо более естественным, чем стремление германских императоров завоевать Рим и Италию. Поэтому однообразие целей русской политики обусловлено ее историческим прошлым, ее географическим положением, необходимостью для нее иметь открытые гавани в Архипелаге, как и в Балтийском море, если она хочет удержать свое верховенство в Европе. Но традиционные приемы, при помощи которых Россия преследует свои цели, далеко не заслуживают того восхищения, с которым к ним относятся европейские политики. Если успех этой традиционной политики является доказательством слабости западных держав, то однообразие и шаблонность этой политики свидетельствуют о внутреннем варварстве России. Кому не показалось бы курьезным, если бы Франция пожелала основывать свою политику на завещании Ришелье или капитуляриях Карла Великого? Если просмотреть самые знаменитые документы русской дипломатии, то приходишь к заключению, что как бы тонко, хитроумно, искусно и ловко ни умела она отыскивать слабые стороны европейских монархов, министров и дворов, при всей ее мудрости она всякий раз становилась в тупик, когда нужно было понять исторические движения самих западноевропейских народов. Князь Ливен обнаружил совершенно правильное понимание характера доброго Абердина, когда рассчитывал на его уступчивость по отношению к царю, но он основательно ошибся в своем суждении об английском народе, когда предсказывал продолжение господства тори накануне развернувшегося в 1831г движения за реформу. Граф Поццо-ди-Борго вполне правильно судил о Карле X, но совершенно ложно оценивал французский народ, когда побуждал своего «августейшего повелителя» вступить в переговоры насчет раздела Европы с этим королем накануне его изгнания из Франции. Русская политика со своими традиционными кознями, хитростями и уловками может поймать в свои сети европейские дворы, которые сами являются всего лишь традицией прошлого, но она совершенно бессильна против революционных народов.
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/09/40.htm
Немецкая «С.-Петербургская газета» в передовой, посвященной восточным делам, пишет следующее:
«Если в начале июля у друзей мира могла быть только надежда, то в последние дни у них появилась уверенность. Посредничество между Россией и Турцией теперь окончательно перешло в руки Австрии. В Вене будет намечено решение восточного вопроса, который в последнее время вызвал беспокойство на всем пространстве от Черного моря до Атлантического океана и явился единственной причиной, помешавшей европейским дипломатам воспользоваться своими обычными отпусками».
Обратите внимание на то, как старательно подчеркивается здесь, что Австрия одна, вместо четырех держав, является посредником и как беспокойство народов ставится, в истинно русском стиле, на одну доску с прерванными отпусками дипломатов.
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/10/11.htm
Мы видели копию письма одного русского купца, — это не один из многих осевших в Москве немецких, английских или французских торговцев, а настоящий старый московит, истинный сын святой, Руси, который в качестве комиссионера держит у себя на складе для продажи английские товары; у него спросили, не подвергнутся ли эти товары риску конфискации в случае войны. Старый россиянин, возмущенный подозрением, павшим в связи с этим на его правительство, и хорошо усвоивший официальную фразеологию, согласно которой Россия, в противоположность «революционным и социалистическим» странам Запада, является великим поборником «порядка, собственности, семьи и религии», возражает на это, что

«у нас в России различие между «мое» и «твое» еще, слава богу, в полной силе, и ваша собственность здесь находится в большей безопасности, чем где бы то ни было. Я бы даже советовал вам переслать сюда возможно большее количество принадлежащей вам собственности, потому что здесь она, пожалуй, сохранится лучше, чем там, где она находится сейчас. Опасаться за ваших соотечественников вы, возможно, имеете основания, опасаться же за вашу собственность — отнюдь нет».
http://lugovoy-k.narod.ru/marx/10/13.htm
В конце концов любопытнее всего то, что после столь бурных дебатов палате совершенно не удалось добиться от министров ни формального объявления войны России, ни указания целей, во имя которых Англии предстоит ввязаться в войну. В результате как палата, так и публика знают не больше того, что они знали до сих пор. Никакой новой информации они не получили.